14-700x400Люди, отрицающие государство, существуют так же давно, как и государства. Но едва ли в Европе есть много мест, где люди игнорируют необходимость получения документов просто потому что «якось то воно буде». А в поселочках близ Светлодарска таких примеров очень много. И это в условиях войны, наличия бесконечных блокпостов, ограничения перемещений. Как было анонсировано — об увиденном нами во время 28 гуманитарной поездки читайте в статье Informator.media.

Нигилисты из Видродження

Можно ли прожить в Украине 26 лет, успеть родить двоих детей, один из которых уже пошёл в школу, регулярно пересекать блокпосты, но не иметь паспорта? Кажется, что это практически невозможно, и всё же именно такой человек живёт в селе Видродження Бахмутского района Донецкой области.

Екатерина Савенок родилась в Беларуси летом 1991-го. Вскоре её 17-летняя мать переехала вместе с ней в Украину. СССР распадался на глазах. Семья собиралась переехать из одной части Советского Союза в другую, но по пути на вокзал оказались уже в независимой Беларуси, а затем – очутились в столь же независимой Украине.

И всем «осколкам империи» было не до того, чтобы отслеживать судьбу своих жителей, не говоря уже о том, чтобы заботиться о наличии у них на руках всех необходимых документов. Идеальное время, если вы хотите затеряться.

Впрочем, чем руководствовалась мать Екатерины, она объяснить не смогла – в полдень женщина уже успела изрядно выпить.

Не было и самой Екатерины. Зато её двое детей резво бегали по двору, с интересом поглядывая на незнакомцев. Старший ребёнок в этом году пошёл в школу. Местные жители до сих пор удивляются, как его туда приняли. Единственные документы, которые хоть как-то подтверждают существование братьев — выписки из бахмутского роддома.

Соседи прекрасно понимают, что если ничего не изменится, то вопрос о лишении родительских прав обязательно станет.

Людмила Ивановна беспокоится о Екатерине, кажется, больше чем она сама

Людмила Ивановна беспокоится о Екатерине, кажется, больше чем она сама

«У нее прав, как у моей кошки. Да и то – я за ней трясусь», — говорит местная активистка Людмила Ивановна, имея в виду то ли кошку, то ли Екатерину, то ли обеих.

«Едьте в Енакиево, восстанавливайте справку»

Дом, в котором живёт 66-летний Владимир с женой, его семья купила еще в 1981-м. Но оформлен он был на его отца, который несколько лет назад пропал без вести в Енакиево (территория подконтрольная «ДНР», – примечание редактора). Была об этом и соответствующая справка, но когда она понадобилась, чтобы переоформить дом, то, вот беда, затерялась.

«Наверняка можно восстановить. В полицию не обращались?» — спрашиваю мужчину.

«Обращались. В Светлодарске сказали: «Едьте в Енакиево». Как я поеду? Там сейчас совсем другое! Не говоря уже, что я и километра не могу пешком пройти».

Раиса Владимировна и Владимир загружают гуманитарку от «Восток SOS» в мотоблок

Раиса Владимировна и Владимир загружают гуманитарку от «Восток SOS» в мотоблок

К разговору подключается Раиса Владимировна, жена Владимира:

«Ещё предлагали: «А вы скажите, что он вчера пропал». Да как же вчера — у нас же была справка, где-то это зафиксировано. Ему же пенсию не начисляли всё это время — я после этого их «скажите, что вчера пропал», специально пошла в Пенсионный, и узнала».

Самое удивительное, что супруги умудрились попасть в одну и ту же ситуацию дважды.

До войны они купили у соседки дом — «для дочери». Дочь же, когда началась война, уехала в Киев. В родном селе ни она, ни ее 15-летний сын, с тех пор не были.

Во время одного из обстрелов крышу купленного дома посекло осколками от снаряда. И оказалось, что отремонтировать ее на деньги международных гуманитарных организаций нельзя, поскольку документы оформлены даже не на соседку, у которой купили дом, а на ее родственника, умершего еще в 2011-м.

«1000 грн — только чтобы доказать, что она наследница, а потом еще документы переделать — это тысяч шесть», — с изумлением говорит Раиса Владимировна.

Таких денег нет ни у соседки, которая уже в совсем преклонном возрасте, ни у Вовы с Раисой.

Для нужд обороны

С 56-летним Николаем Ивановичем мы разговариваем в соседнем селе — Криничном. Его дом забрали военные. После этого он жил и работал в Каменском Днепропетровской области. Вернулся всего две недели назад — благо есть куда: сестра его матери завещала Николаю свою квартиру в соседней Мироновке.

«Когда бои шли, то ко мне мина прилетела. Возле забора упала, окна повылетали. Я собрался и в Мироновку поехал. Приезжаю утром, а там уже военные стоят. Они говорят: „Документов на хату нет? Ну всё, мы забираем“», — спокойно вспоминает Николай.

Николай (справа) совсем недавно вернулся с заработков в Днепропетровской области

Николай (справа) совсем недавно вернулся с заработков в Днепропетровской области

На вопрос, как же получилось, что у него не было документов на дом, в котором он жил с 1983-го, он отвечает так:

«У тых хозяевов, у которых я йии брав, документов нэ було на хату. Они у ных погорилы. Я потом кынувся, хотив сделать, но их даже в архиве нэ було. Так она у меня осталась нэпэрэпысана, нидэ-ничё. Просто я жыв, хозяйством занимався. За землю платыв».

Из Макеевки в Мироновку – с четырьмя детьми

Единственный человек, который долго не оформлял, но всё же оформил нужные документы — Женя, переехавшая с четырьмя детьми в конце 2016-го из оккупированной Макеевки в Мироновку. У Жени не было никаких средств к существованию, кроме помощи от давно перебравшейся сюда сестры. Но при этом оформлять статус переселенца, который позволил бы ей получать выплаты на детей, она не спешила. Сделала это женщина только в июле 2017-го, а первые деньги получит лишь через три месяца после регистрации.

Эрик, Юля и Женя

Эрик, Юля и Женя

«Если бы мы им не помогали, то я не знаю, как бы дети в школу пошли, — разводит руками Юля, сестра Жени. — Выкарабкались, позанимали, в долги влезли. У начальника брали в долг, он теперь постепенно высчитывает. Больше 5 тысяч это обошлось, но тем не менее дети 1 сентября пошли в школу чистые, аккуратные. Девочка в первый раз в садик пошла».

*   *   *

Люди, отрицающие государство, существуют так же давно, как и государства. Кто-то занял такую позицию по идеологическим мотивам, кто-то — по религиозным. Но едва ли в Европе есть много мест, где люди игнорируют необходимость получения документов просто потому что «якось то воно буде». Увы, практика показывает, что ничем хорошим такой подход не заканчивается.

Материал подготовлен при поддержке благотворительного фонда «Восток SOS»

Иван Бухтияров для Informator.media